Михаил Горшенев родился 7 августа 1973 года в городе Бокситогорске Ленинградской области. Через два года в семье родился второй сын Алексей – будущий лидер группы "Кукрыниксы". Все детство братья провели вместе.

Алексей Горшенев: Миша вообще был таким "индейцем": все время придумывал какие-то занятия. Эти занятия обычно заканчивались какими-то ранениями: то стрела в щеку попадет, то ключицу сломает, то я наступлю на разбитую бутылку, на донышко, и он меня на санках вез. Забавная тема была: играли в войнушку, и совершенно случайно я попал коленкой прямо на днище разбитой бутылки. Он меня как с поля боя вытаскивал на санях, кровище за санями, он кричит: "Братик умирает, братик умирает". Это было в таком диком ужасе. Такое было адское детство в том плане, что Миша все время что-то изобретал. Мы играли в каких-то робин гудов. Я помню, как под окном первого этажа нас гнали: "Эй робин гуды идите отсюда!". А мы там орали, что-то такое делали. Обычно мы играли с ним вдвоем: я выступал не как жертва, а в роли защищаемого, он был все время в нападении. Я как в крепости что-то вечно защищал. Но так как он был старшим братом, он, конечно, был сильнее и все время меня бускал. Папа устал возить нас по больничкам во всякими видами ранений. Вот это было "да".

Отец Миши и Леши в те времена был офицером погранвойск, поэтому семья Горшеневых постоянно переезжала с места на место. Впрочем сыновья в любом городе не давали родителям скучать.

Михаил Горшенев (из архивов "Нашего Радио"): Основное свое детство я провел на Дальнем Востоке. Мы жили в городке. Вокруг нас рос лес. Когда ты заходишь в лес, не доходя до него, росла полынь – трава, огромная. Из нее можно было делать копи. Мы играли в индейцев. Бежали друг от друга и кидались полынью. Все кричат: "Ура". В детстве я всегда изумлялся. У меня был открытый рот, безумные глаза, также бежал, некогда было кричать ура". Ребята быстро среагировали на это "ура". И когда летела эта штука, я не среагировал, и мне в горло попала эта полынь, и воткнулась к шее близко. Больно. Ору. Понес на третий этаж. С этой штучкой пришел домой. Мама открыла мне дверь, в ужасе была. Вымыли мне эту фигню. Потом синьки налили мне в рот. Синька – смесь зеленки и йода. Так я успокоился.

Именно во время детских игр или как будет правильно назвать эти развлечения в контексте братьев Горшеневых "баталий" и родилось прозвище, которое осталось с Мишей на всю жизнь.

Алексей Горщенев: Были, конечно, стремные вещи. Когда мы идем по дороге, а соседские мальчишки орут: "Эээ, горшки идут!". А изначально это наше семейное прозвище для Мишки было несколько обидным. И он за это дело вписывался. Горшок воспринимается не как цветочный, а как нечто сантехническое. Для него это было обидно до того времени, когда он стал заниматься панкроком. Для панкрокера это было адекватное название. Не ландыш же серебристый. А Горшок было прикольно. Я же панк, почему бы и нет? Это же здоровское название.

Интересно, что прозвище Горшок прилипло только к Мише, а Леша придумал себе более благозвучное – Ягода, что обозначает: Я – Горшенев, хотя музыкой братья увлеклись вместе. В начале 90-х Леша был участником "Короля и шута", правда, временным: он заменял ушедшего в армию барабанщика Поручика. За время его отсутствия Алексей принял участие в записи первого альбома "Короля и Шута", который, к слову, впоследствии был полностью перезаписан, а песни разошлись по разным пластинкам. Кстати, именно с Лешей группа "Король и шут" впервые выехала на гастроли.

Алексей Горшенев: Да, именно замещал. Со мной они тогда впервые выехали на гастроли в город Москва. Мы играли в клубе СексТон "Ночные волки". Мы тогда играли впервые вне Питера. И играли тогда за еду. Было, конечно, круто. Я помню, у нас тогда был администратор Дима Васильев. Мы с ним лично ходили на рынок, брали сала, хлеб и укроп. Это я как сейчас помню.

В 1995 году Поручик, которого заменял Ягода, вернулся из армии, а Лешу, наоборот, тут де призвали в вооруженные силы. Служил он недалеко от родных мест, поэтому, приходя на побывку домой, мог видеться с родными. В то время Горшок большую часть времени проводил в клубе "Там-там", где время от времени устраивались импровизированные боксерские бои, на один из которых заглянул Алексей. И если в детстве старший брат выносил младшего с поля боя, то на этот раз Леше пришлось встать на защиту Михаила.

Алексей Горшенев: Миша был таким смешным боксером, т.е. для него само участие было игрой. А для того человека это было именно повалить Мишу. Получилось так, что Миша его завалил, и началась какая-то буча. А я все это наблюдал, и мне пришлось вытаскивать его за шиворот, за руки, за ноги, за туловище. Я просто подошел и несмотря ни на что вытащил его из этой бойни.